Что такое звук и музыкальный звук. Заметка 2.

В первой статье мы уже немного поговорили о музыке, как о природном явлении, если можно так выразиться, а теперь я попытаюсь в своих рассуждениях коснуться основного средства музыки — звука. Хотя, основного — это, наверное, не очень подходящее слово, ведь у музыки больше никаких средств и нету. Задача музыки — передать смысл, переживания, настроение, атмосферу и все, что автору еще заблагорассудится в свое произведение привнести только посредством звуков.

Физическая основа звука

Полагаю, что никого уже не впечатлю рассказом о том, что звук — это колебания воздуха или другой среды. Если кто-то еще не имел счастья об этом где бы то ни было прочитать, то наверняка уже и сам догадался. Тем не менее, еще раз пройдемся по прописным истинам — какой-то объект, будь то мембрана динамика, струна гитары или фортепьяно, трость саксофона, сверло соседского перфоратора, голосовые связки психически нестабильной гардеробщицы или что-то иное совершает колебания, передает эти колебания окружающему пространству, а эти колебания уже воспринимаются нашим слуховым аппаратом, как звук.

Если Вам хотелось чего-то более интересного, Вы можете подумать на тему того, как именно ровный поток воздуха, подающегося во флейту превращается в свист. Или объяснить как появляется звук, если дуть в бутылку. Причем, именно с физической точки зрения, а не в стиле «я дую, она свистит» или «там воздух рассекается об острую грань». Как то поподробнее — откуда свист-то, почему не шипение или иной шум. О, вот мы и еще до одного интересного понятия добрались. Шум -это, ведь, тоже звук, он тоже внимания заслуживает, но как-то с точки зрения музыки он почему-то принижен и обижен.

Музыкальный звук и немузыкальный шум

Вот тут-то приверженцы классической элементарной теории музыки могут начать меня ненавидеть, если по каким-то неведомым причинам еще не успели этого сделать ранее. В принципе, какая-то извращенная логика в строках умных книг на данную тему есть, когда они безапелляционно заявляют, что звуки делятся на музыкальные звуки, то есть те что используются в музыке, и на шумы. При этом критерии шумности и немузыкальности всегда либо сильно размыты пространными формулировками, либо откровенно нелогичны. Например, в большинстве случаев указывается, что шумы — это звуки неопределенной частоты. Но частота звука — один из основных его параметров, им обладает совершенно любой звук. Может имеется ввиду нестабильная частота? Ну а как же тогда такие музыкальные приемы, как вибрато и глиссандо? Формулировка не дает полной ясности в вопросе отличия музыкального звука от шума. На изображении внизу приведена выдержка из книги «Элементарная теория музыки» И.В. Способина:

Отрывок о звуке из элементарной теории музыки
Отрывок о звуке из элементарной теории музыки

Что можно сказать, считаю данную формулировку предельно честной, хоть и далекой, как от логики, так и от справедливости, но зато наиболее точно передающей настоящее положение дел. Разберем «особые свойства», которыми обладают музыкальные звуки. К ним относят:

  1. Высота звука, которая собственно определяется частотой колебаний или длиной звуковых волн.  Чем быстрее колеблется струна, тем выше звук, чем медленнее, тем он ниже, что, естественно, тоже уже ни для кого не секрет.
  2. Сила звука или громкость, которая зависит от амплитуды колебаний. Если струна при колебании в крайних положениях будет дальше от положения покоя, то звук будет громче, если струна будет отходить от положения покоя меньше, то звук будет тише.
  3. Длительность — это, собственно, тот отрезок времени, который звук занимает. Иногда это — искусственный параметр, так как, например звук на органе можно либо заглушить быстро, либо ждать достаточно долго, пока у бедолаги на мехах ноги не отвалятся. Иногда же этот параметр вынужденный, так, например, колебания мембраны барабана жестко ограничены во времени, так как возбуждаются однократным ударом и сделать длительность удара больше — задачка из разряда дзен.
  4. Тембр звука зависит от звукового спектра, то есть совокупности дополнительных колебаний, возникающих наряду с основной частотой звука — обертонами. Звук одной и той же высоты, произведенный на различных музыкальных инструментах будет отличаться именно тембром.

Глядя на эти параметры я навскидку не могу придумать ни одного звука, который не имел бы этих «особых свойств». Даже храп, скрип резинки по стеклу, вой турбин двигателей самолетов, звук сверления стены перфоратором — все они обладают этими параметрами. Остальная же часть выдержки буквально означает следующее: «Музыку не дураки придумали. Музыка развивалась много, черт ее дери, веков. В итоге в ней сейчас есть вот такой набор конкретных звуков, из которых принято делать музыку. А все остальные звуки — не из нашей песочницы, значит они не музыкальные.»

Согласитесь, что создается такое ощущение, будто дело не столько в частоте, сколько в благозвучности того, что издает звук. Например, фортепьяно издает музыкальные звуки, если, конечно, использовать его по назначению, а трансформаторная будка во дворе, хоть и имеет стабильную определенную высоту звучания — издает шум. Или тот же соседский перфоратор — он тоже шумит, а не ласкает слух. Но и тут нас ждет несколько подвохов.

Во-первых многие именитые композиторы уже многократно использовали шумовые звуки в своих композициях, музыкальность и правильность которых никто не смеет ставить под сомнение. В этой связи в музыкальных учебниках стали появляться дополнительные формулировки, гласящие, что в музыкальных произведениях наряду с музыкальными звуками могут использоваться шумы, мол, как дополнительное средство придания выразительности и для передачи художественного замысла. Так, а музыкальные звуки там разве не для этого же? Во-вторых, возьмем вопрос музыкальности заведомо благозвучного инструмента — голоса. В сформировавшейся музыкальной системе каждой ноте соответствует звук строго определенной частоты. Например, Ми первой октавы — 329.63Гц, Фа первой октавы — 349.23Гц. Есть голос, которым мы можем спеть звуки, максимально близкие к этим частотам, и они будут музыкальными. Но если мы споем, например, звук с частотой около 340Гц, при этом не изменив ни тембр, ни другие характеристики звука, то, согласно определению, этот звук уже не будет музыкальным, так как не соответствует ни одной из общепринятых нот. Соответственно, голос издает звуки музыкальные только если попадает в общепринятые музыкальные частоты, хотя благозвучным он является в любом случае. А если мы возьмем этническую музыку? Восточную или арабскую, например. Там тоже есть конкретные музыкальные звуки, но их частоты не совпадают с частотами музыкальных звуков всемирной академической системы. Но эти звуки, при этом, тоже никто не относит к шумам — они музыкальные.

Зачем я так сильно загрузил Вам мозги со всей этой чепухой? Именно для того, чтобы Вы сами поняли, что все это — полная чепуха и особого внимания она ни в коем случае не достойна. Суть определения на самом деле очень проста и я ее сейчас Вам растолкую в паре абзацев:

За время эволюции музыкальной системы были приняты к использованию определенные частоты, а заодно была разработана система записи музыки на бумаге — музыкальная грамота. Каждому звуку соответствует определенный знак в определенном месте — нота. Там же можно описать длительность, относительную степень громкости и еще несколько элементарных приемов. То есть те звуки, которые можно записать средствами нотной грамоты — музыкальные, те звуки, которые невозможно записать при помощи нотной грамоты — не являются музыкальными. Так что, саундтрек Вангелиса к фильму «Бегущий по лезвию», к большому сожалению музыкой, естественно, ни сколько не является.

Если смотреть на общую картину и не пытаться разобраться в каких-то полубюрократических формулировках, то можно сказать, что музыка использует для выражения художественного замысла звуки. А уж музыкальность звуков — это совершенно надуманный параметр, которого объективно не существует. Основная проблема в том, что записать на языке нот можно не любой художественный замысел. Но нотная грамота — это средство, которое должно облегчать и улучшать деятельность музыканта. Она вторична, она — лишь один из вспомогательных инструментов музыкального творчества. Значит, если она неприменима к какой-либо художественной задумке, то не музыку надо подгонять под требования нотной грамоты, а искать более подходящие средства записи или совершенствовать имеющиеся под развивающиеся нужды.